Топик 0010. (C). Попутчик

3 октября 2010 - Администратор

Болтова Дарина. КГПУ им. В.П.Астафьева, г. Красноярск, Красноярский край, Россия
Сочинение на английском языке с переводом. Номинация Я в этом мире.

Fellow Traveler

Having obtained a visa in the German embassy in Novosibirsk, I was more than happy to get on the train streaming to my native Krasnoyarsk where my summer exams at the university were awaiting. One night in a compartment of the train de luxe: nothing outstanding, just a bit nicer curtains, a bit softer bedclothes, and much less crying of babies undertaking an exhausting yet extremely beloved by some families four-night journey from the west to the east of our enormous country, and back. A train de luxe implies constantly smiling, never irritated faces of the conductors, no dust on the handrails, and teabags in separate sachets. Comfort based on thethought that you`ve taken one of the most comfortable trains in Russia, albeit it could be better. Comfort caused by the passengers who regard the trip not as an opportunity to unbosom themselves to an accidental fellow traveler, but as a chance to have a sound sleep lulled by the rumble of wheels. That`s what I was thinking.

I took "The Ebony Tower" by John Fowles, started flipping through the pages searching for the place where I had stopped. A man on the upper berth had barely a wish to go through the formalities of introducing himself, and I didn`t mind that. I was anticipating a peaceful evening, maybe a bit weird one considering that space and time would be changing so uncontrollably. The train started off.

The train started off, and at the same time I raised my eyes to meet his. He was standing in the doorway, our third fellow traveler. You could easily think he was a yuppie, in the fine sense of the word. A straight bearing, blackness of a spick and span suit, all kinds of business devices - success was standing out. Everything illuminated wellbeing. Everything but his glassy stare. A few accurate, as if programmed, movements, and he was sitting opposite me, reaching out his hand in a habitual gesture - uttering his name, getting to know mine. We started a conversation, tense at the beginning. I was feeling ill at ease, realizing that this man was somewhat different from any of my friends or acquaintances. But I was feeling at the same time an acute desire to make him smile. Just once, for me to see. This desire grew into crying need, and somehow I started doing my best to be natural and cheerful and funny.

Was it the last sunbeam flashing through the window or was it the first smile flashing on his face that melted the ice? Why did he suddenly seem to me younger than his twenty-seven? What made him recollect a story - oh god - about hares in the wood? Many misplaced questions were left not raised, not answered. Many overreactions were suppressed. But one thing was clear to me: he was incredibly absorbing. We went to the restaurant car, where I was treated to a drink. The men from other tables were dropping smutty remarks - a deep-rooted Russian jealousy tradition - and he was telling me not to pay attention. He was telling me much more, but not too much.

He, whose feasible dream was to buy a tiny island in the Pacific, was telling me how people chose to be dull and content with little, how they preferred not to be stirred by life.

He, who was fond of pistachios and alpine skiing, was sharing his need for everyday ups and downs that made his existence brighter.

He, who lived so comfortably in Krasnoyarsk, was giving away the secrets of illegal poker tournaments in our city and commenting despitefully on women`s tactics of talking a man into a drab marriage.

He, who then had a twinkle in his eyes, was ever asking my opinion and clinking glasses with me to mutual understanding.

He, who kissed me, as he supposed, in my sleep, said on waking up in the compartment that he was glad to be home.

He, who was an occasional smoker, was taking quick puffs as we hurried to his car.

He, who gave me a lift to my home, switched on "With or without you" by U2 on his recorder.

He, who asked my phone number, drove away craving for other ups and downs.

As the summer passed and I returned from Germany full of new impressions, I thought I had erased his face from my memory. Our second encounter proved the contrary - I recognized him. He passed me up in Mira Street, penetrating the chilly September air with his glassy stare. I recognized him by his glassy stare.


Получив визу в новосибирском посольстве Германии, я с огромной радостью села на поезд, курсирующий до моего родного Красноярска, где мне предстояло сдать летние экзамены в университете. Одна ночь в купе фирменного поезда: ничего особенного, просто занавески поприятнее, постельное белье помягче, и почти не слышно детского плача, характерного для утомительных, но столь обожаемых некоторыми семьями четырехдневных поездок с запада на восток нашей огромной страны, и обратно. Фирменный поезд предполагает постоянно улыбающиеся, никогда не раздраженные лица проводников, никакой пыли на поручнях, а также чайные пакетики в отдельных упаковках. Комфорт, в основе которого - мысль о том, что едешь на одном из самых комфортабельных поездов России, хотя он мог бы быть и получше. Комфорт, достигаемый благодаря тому, что пассажиры не стремятся выложить свою душу случайному попутчику, а с удовольствием используют возможность спокойно выспаться, убаюканные стуком колес. Так я считала в те минуты.

Я достала книгу Джона Фаулза "Башня из черного дерева" и стала листать страницы в поиске места, где остановилась. Мужчина на верхней полке не изъявлял особого желания проходить формальности знакомства, да и я не настаивала. Я предвкушала спокойный вечер, может быть, слегка странный вечер, учитывая то, как своевольно будут изменяться время и пространство за окном. Поезд тронулся.

Поезд тронулся, и в это время я подняла глаза и встретила его взгляд. В дверном проеме купе стоял наш третий попутчик. Можно было подумать, что он из этих молодых карьеристов, в хорошем смысле слова. Прямая осанка, черный костюм как с иголочки, всякие деловые побрякушки - явные признаки успешной жизни. Все излучало благополучие. Все, кроме его стеклянного взгляда. Несколько точных, словно запрограммированных, движений, и он уже сидел напротив меня, протягивая руку - столь обычный для него жест, - представляясь и спрашивая мое имя. У нас завязался разговор, вначале неловкий. Я чувствовала себя не в своей тарелке, понимая, что этот человек отличается от всех моих друзей и знакомых. Но в то же время я испытывала острое желание вызвать у него улыбку. Хотя бы одну, для меня. Это желание превратилось в отчаянную потребность, и я изо всех сил старалась быть естественной, веселой и забавной.

Что растопило лед: последний луч солнца, осветивший наше купе через окно, или первая улыбка, осветившая его лицо? Почему он вдруг показался мне моложе своих двадцати семи? Почему он вдруг вспомнил историю - о боже - о зайцах в лесу? Многие неуместные вопросы остались неозвученными, без ответа. Много гиперреакций было подавлено. Одно было ясно: он был невероятно интересным. Мы отправились в вагон-ресторан, где он угостил меня напитком. Мужчины с соседних столов кидали непристойные замечания - русская традиция ревности, уходящая вглубь своими корнями, - а он говорил мне не обращать внимания. Он рассказывал мне много всего, но не слишком много.

Тот, чьей вполне реальной мечтой является покупка крошечного острова в Тихом океане, рассказывал мне о том, как люди становятся серыми и довольствуются малым, как они избегают жизненных волнений.

Тот, кто так обожает фисташки и горные лыжи, делился со мной своей потребностью в ежедневных взлетах и падениях, которые оживляли его существование.

Тот, для кого Красноярск - свой город, выдавал мне секреты проводимых у нас подпольных покерных турниров и презрительно говорил о женских уловках с целью затащить мужчину в бесперспективный брак.

Тот, у кого появился огонек в глазах, не забывал спрашивать о моем мнении и постоянно чокался со мной за взаимопонимание.

Тот, кто поцеловал меня, как он считал, во сне, сказал, просыпаясь утром в купе, что он рад оказаться дома.

Тот, кто курит только в особых ситуациях, нервно пыхтел сигаретой, когда мы спешили к его машине.

Тот, кто подвез меня до дома, включил композицию U2 "With or without you" на своей магнитоле.

Тот, кто попросил мой номер телефона, уехал в поисках новых взлетов и падений.

Прошло лето, я вернулась из Германии, полная впечатлений, и мне показалось, что я забыла его лицо. Наша вторая встреча доказала обратное: я его узнала. Он прошел, не заметив меня, по проспекту Мира, пронизывая прохладный сентябрьский воздух своим стеклянным взглядом. Я узнала его по его стеклянному взгляду.


Copyright © Russian centres of City and Guilds


Сайт учителя английского языка: методика обучения, ГИА, ЕГЭ, ЭОР, советы

Сессия City & Guilds в России, апрель - июнь 2014

Международные экзамены по английскому языку в городах Москва, Санкт-Петербург, Старый Оскол, Липецк, Воронеж, Сыктывкар, Ухта, Усинск, Новосибирск, Белокуриха, Абакан, Томск, Красноярск, Благовещенск, Саратов, Ульяновск, Пенза, Белебей, Уфа, Магнитогорск, Оренбург, Смоленск, Екатеринбург, Калининград, Краснодар.

City & Guilds – старейшая в Великобритании и Европе экзаменационная и сертификационная организация, престижный международный сертификат по английскому языку, приемлемая цена экзамена!

Посмотри все видео устных экзаменов по английскому языку. Ты сможешь! Найди ближайший центр City & Guilds и зарегистрируйся на экзамен!

Рейтинг: 0 Голосов: 0 4680 просмотров
Комментарии (0)
Добавить комментарий


Проверка ТИЦ
Open Directory Project at dmoz.org